Они же дети
Погожей майской ночью минувшего 2025 года группа подростков избила двух немолодых людей – участника специальной военной операции Дениса Барбатунова и его знакомого Алексея Дутова.
Серьёзного сопротивления они оказать не могли: Дутов с середины дня присел на стакан, а Барбатунов к ночным боям и вовсе не годился. Бывший гранатомётчик мотострелкового батальона получил такое ранение в бою под Кременной, что правой рукой не может поднять даже метлу или грабли. Он и к Дутову-то пришёл только для того, чтобы подрядить того на помощь в наведении порядка на даче, которую купил на полученные за участие в спецоперации деньги.
Наутро его супруга Наталья уговаривала Дениса: нельзя оставлять это дело безнаказанным. Пойди, сними побои и напиши заявление в полицию. Но тот наотрез отказался: побили да побили, в конце концов, мол, и воевал я в том числе и ради таких вот дураков. Дети же они, ещё выправит их жизнь.
Иного мнения была сестра Дутова, квартиру которого ещё до нападения у подъезда дома на улице Автомобилистов парни разгромили, да ещё и вынесли из неё не ахти какое ценное, но все-таки имущество. Она грозилась учинить уголовное преследование банды малолеток.
Бандой, а точнее – ОПГ, кстати, они назвали себя сами. Камеры видеонаблюдения отчётливо зафиксировали, как подростки налетают на двух мужчин, сбивают на землю и зверски пинают ногами их, уже лежащих на асфальте. А после избиения их главарь откровенно говорит: «Мы – ОПГ! Мы сейчас совершили преступление!» – а далее инструктирует, как вести себя и что говорить служителям закона, чтобы избежать наказания.
Дело как будто ясное: назвался бандой – полезай на нары. Но не тут-то было. Уличные стратеги, явно по наущению сведущего в законах человека, разработали свой план юридической защиты: это не они, это на них напали посреди ночи с целью разбоя, и цель эта - отобрать телефон у одного из них. А они уж просто вынуждены были защищаться в рамках, так сказать, допустимой самообороны.
Невероятно, но факт: план этот сработал: 1 декабря 2025 года судья Северобайкальского городского суда вынес приговор: признать Барбатунова Дениса Васильевича виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ и назначить ему меру наказания в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы в колонии общего режима.
По техническим причинам
Ольга Суворова, адвокат Дениса Барбатунова, дважды пыталась добиться пересмотра приговора. После его рассмотрения в Улан-Удэ срок удалось скостить на три месяца: учли, что осуждённый награждён медалью Жукова. В Кемерово не удалось и этого.
Почему приговор начинается не с погрома в квартире Дутовых? Почему следователи не стали фиксировать следы на козырьке подъезда, с которого один из погромщиков залез через окно в квартиру Дутовых? Почему не опрошена соседка, которая видела, как они сломали дверь, и грозилась вызвать полицию? Почему взяли на веру показания одного из нападавших, который сначала говорил, что Барбатунов бил правой рукой, а когда узнал, что она у него бездействующая, сказал, что получил левой? Зачем ветерану СВО нужно было отбирать старый кнопочный телефон при том, что у него и так имеется два аппарата – современных моделей, совсем новых? 
Николай Китаев, знаменитый следователь, на многочисленные ошибки по ходу следствия и судебного разбирательства, но на одно только их перечисление не хватит газетной страницы. Достаточно указать на одну из них: суд не стал рассматривать записи с камер видеонаблюдения, установленных над подъездами дома. Почему? «По техническим причинам». В суде не оказалось компьютера, оснащённого устройством для установки диска.
А город смотрит видео
Обо всех перипетиях этой истории в небольшом Северобайкальске знает практически каждый. Видео расправы с торжествующим утверждением «Мы – ОПГ!» в социальных сетях не посмотрел только ленивый.
Но самое удивительное в другом. 19 мая нынешнего года тот же самый Северобайкальский городской суд Республики Бурятия, правда, в другом составе, рассмотрел события в ночь на 22 мая 2026-го и вынес полностью противоположное решение. В приговоре события майской описаны ровно так, как это изложено в самой начале этой публикации. Это был первый суд, который удосужился просмотреть запись с камеры наружного наблюдения и всё расставил по местам.
К тому времени один из нападавших скончался, второй ушёл на СВО, третьему назначили штраф в 25 тысяч рублей, четвёртому – три года лишения свободы условно. Можно сказать, легко отделались, не в последнюю очередь потому, что Барбатунов не настаивал на суровом наказании.
Казалось бы: всё, что оставалось сделать нашей судебной системе, это оправдать героя СВО. Но не тут-то было. 11 августа, то есть спустя почти три месяца, Судебная коллегия по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в Кемерово опять подтвердила виновность Барбатунова: нападал, хотел отнять кнопочный телефон и т. д., и т.п.
Да, город поначалу встал на защиту воина. Решение о своей поддержке Наталье Барбатуновой, бывшей проводнице пассажирских поездов, выразил совет ветеранов Бурятского участка БАМа и коллеги-железнодорожники. «Мы знаем его на протяжении 20 лет как доброго, отзывчивого человека, неспособного обидеть слабого, оскорбить или унизить человека», – написали о Денисе Барбатунове проводники вагонного участка Северобайкальск – структурного подразделения Федеральной пассажирской компании.
«Всегда был готов прийти на помощь, особенно в тех случаях, когда от его действий могла зависеть чья-то жизнь, – дополняет их слова председатель городского совета ветеранов Александр Волков. – 28.12.2023 г. при выполнении боевого задания он получил тяжелое осколочное ранение правого плеча, превозмогая боль, продолжил оставаться на позициях, пока не был эвакуирован в безопасную зону».
По потом волна поддержки стала ослабевать, а потом и вовсе сошла на нет. Никто не хочет указывать на очевидные ошибки судебной системы. Ни в РЖД, ни в мэрии Северобайкальска не нашлось никого, кто в отношении бывшего проводника пассажирских вагонов выполнил слова лозунга «Своих не бросаем».
Самое главное: Денис Барбатунов был записан в очередь на операцию в одной из ведущих медицинских клиник, но из-за ареста не смог на нее попасть. Теперь, видимо, уже навсегда его правая рука останется бездействующей. И спросить за это некого.