И услыши ны

Веселее нам не стало

Он только вернулся из поездки в зону СВО – 19-й по счёту. Без малого месяц мы следили за его сообщениями. Вот вы, сидя за рулём на «буханки», он развозит гуманитарку, которую собрали прихожане и фонд «Спаси и сохрани» при нашем храме. Вот причащает бойцов, вот проводит таинство крещения. Всё вроде как обычно.

Но чем-то всё-таки отличалась эта поездка: «Каждый раз что-то новое возникает, что-то уходит, что-то появляется вновь. Я думаю, что мы через это духовную опытность должны приобрести. Она приобретётся только из общения с людьми, из общения с Богом, при осмыслении всего происходящего. Четыре года назад мы так смотрели, сейчас мы по-другому смотрим. Определённо можно сказать одно: радостнее мы не стали, веселее нам не стало, утешения нам не предоставляется».

Кем на самом деле оказался бывший министр

В этой поездке отец Евгений встретился с потомком Шелихова, «Колумба российского» – Алексеем Владимировичем Шелиховым. Знал его ещё с тех лет, когда тот был министром здравоохранения области:

«Если он и произвёл какое-то впечатление, так только такое, что мало походил на чиновника. Мне он показался мягковатым для такой должности. Да, он был общителен, доброжелателен, достаточно открытый. Но в то же время не смог решить вопросы, которые тогда мы ему задавали. И сейчас я догадываюсь, почему: наверное, он был не на своём месте. Министр – это не его место. А его предназначение, оказывается, состоит в том, чтобы быть врачом способным изменять к лучшему судьбы людей – безнадёжно больных и раненых. Вынесенных с пули боя и к нему доставленных. Элементарно взять и спасти. Как и подобает русскому хирургу, русскому врачу».

С Шелиховым и отцом Евгением фронтовой оператор записал большой подкаст: «Осталось только его дооформить, и мы его выпустим».

Помолодевшая война

В «багаже» отца Евгения на 19-ю поездку были маскосети, мотоциклы, БПЛА, средства связи. «Вывезли такую специальную дорогую технику, на которую собрали наши прихожане. Обычные дела». Ну и аптечки солдатские. Детские письма. Шевроны.

Кроме потомка «Колумба российского» удивили отца Евгения молодые ребята, совсем молодые: «19-20 лет. Спрашиваешь: откуда, что ты тут делаешь, как ты тут оказался вообще? Вполне себе адекватные молодые люди. Не маргиналы какие-нибудь, не хулиганы с улицы, хотя хулиганы тоже наши люди. Просто студент, например, а тут – разведчик. Командир завода, к примеру. Я спрашиваю: сын, а как ты тут? Да вот, закончил Новосибирский институт связи и решил, что надо здесь быть. И таких много. Как-то их очень много стало. Раньше всё-таки армия была такая… контрактная, наполненная определённого склада людьми. А сейчас пришла молодёжь. Я думаю, молодёжь и будет победителем сил нашего замеса этого страшного».

Хватит уже карнавалов

Пока отец Евгений рассказывает про молодых на ЛБС, вспоминаю недавнюю статистику МВД. Статистика та говорит: у нас стало намного больше преступлений, фигуранты которых – молодые люди, которые действуют по наущению.

И отец Евгений видит обе части расформированного поколения – и тех, и этих. «А если говорить о мире, в котором живёт около 150 миллионов наших сограждан, это то, что организовывает на самом деле национальная элита. Они ответственны за эту потеху. Народ-то, может, и не стал бы веселиться и не стал бы куражиться в таких условиях. Но элиты предлагают нам такую шизофрению, которая нас всех ставит в недоумённое состояние».

Есть у отца Евгения подозрение: это только потому, что сами они пребывают в недоумении. Они не знают, что этим делать. И хотя для многих понимание этой экзистенциальной войны уже постепенно доходит в какой-то мере, не все хотят с этим пожаром, с этим огнём иметь дело. Многим кажется, что это вообще где-то далеко, что это мало их касающееся явление.

Многие. Не все, конечно: «Я думаю, что наша общая национальная незрелость выражается в таком роде отношении к реальности. Особенно тех, кто берёт на себя право организовывать жизнь народа. Мы дозревать должны ещё какое-то время. Чтобы переосмыслить. Все вместе мы смогли бы и воспитать, и выродить внутри себя новую элиту. Которая могла бы назвать вещи своими именами, во-первых. А во-вторых, встать в служение народу. Не надо народ веселить. Ему надо служить».

Вот, значит, что должна делать элита национальная. А народ сам найдёт, как себя повеселить. У него есть свои традиционные формы веселья.

Элитарии не понимают концептов национального, духовного смысла. Они в тяжелейшем духовном кризисе находятся. Элиты не могут из него выйти и повернуться в сторону православия, в сторону традиции. У них нет сил внутренних, духовных. А когда человек повреждён грехом, страстью, ему трудно вступить в диалог с Богом.

Они ищут, кто бы им подсказал. Они всё время ищут, кто бы им разумил. А всё же уже есть. Всё сформулировано давно. Все наши внутрирусские идеи, смыслы идентичности сформулированы. Нам надо просто их поднимать наверх. Надо снова ими вооружаться, снова их брать на щиты.

Побеждать – надо

Тем более, что мы не выходим из войны: «Мы всё больше в неё погружаемся. Мы почему-то думаем, что война – это такая геополитическая манипуляция сил, которые в этом деле принимают участие или задействованы. А мы здесь будем думать экономическими категориями, военными категориями, ещё какими-то.

Но что-то плохо получается. Мы имеем, с одной стороны, не мобилизованную страну, а только включенный в контекст интересантов отдельно взятых. И не очень-то серьёзные успехи на поле боя. Мы не побеждаем там пока. Пока нет решающего перевеса на нашей стороне».

Переходим на личности

Отец Евгений СТАРЦЕВ родился 7 октября 1962 года селе Ильинка Бурятской АССР. Окончил Восточно-Сибирский технологический институт в 1985 году. Последнее место работы в мирской биографии – заместитель начальника Улан-Удэнской ТЭЦ-2 по строительству.

В 36 лет стал диаконом, священником, настоятелем храма в Улан-Удэ. Восстановил несколько храмов в Бурятии.

Не раз выезжал в районы антитеррористических операций на Северном Кавказе, к местам захоронений советских воинов в Монголии.

С 2009 года – настоятель Михаило-Архангельской церкви в Иркутске. В 2011 году на парусной же лодке совершил крестный ход к Командорским островам. В 2018-м на той же лодке совершил крестный ход на Аляску с чудотворной иконой и мощами святого митрополита Иннокентия (Вениаминова).

Под руководством отца Евгения Харлампиевский храм стал многопрофильным комбинатом добрых дел, просветительским, образовательным, издательским и медиа центром со своей студией иконописи и кинодокументалистики.

Старший из сыновей вслед за отцом возглавил епархиальный отдел по окормлению заключенных. Другой сын также пошёл по его стезе – окормляет узников ИК-3. По словам отца Евгения, это поприще – одно из самых тяжёлых: «По сравнению с ним командировки в зону СВО – романтика».